August 4th, 2015

я в мечтах

Рассказала "Свободной прессе", откуда растут ноги у "грязной бомбы"

------------------------------------------------------------------------------------------------------

В пятницу 31 июля в американском издании Newsweek появилась статья, явно претендующая на сенсацию. В ней говорилось о том, что ополченцы ДНР якобы пытаются создать т.н. «грязную бомбу», причем при помощи специалистов из России. На следующий день материал аналогичного содержания появился на страницах британской The Times.

Согласно этим материалам, журналисты Newsweek получили от СБУ некое «досье», в котором говорится о том, что «повстанцы» начали извлекать радиоактивные промышленные отходы из бункера в Донецке. По информации издания, «боевики» получают консультативную помощь от российских специалистов в области ядерного оружия для последующего использования этих отходов в производстве так называемой «грязной бомбы». Из документов СБУ непонятно, являются ли эти специалисты частными лицами или состоят на государственной службе.

Как подчеркивает Newsweek, по содержанию предоставленных украинской стороной документов было невозможно получить независимое подтверждение. Спецслужбы западных стран не подтверждают и не опровергают информацию своих украинских коллег. «Росатом» заявил, что его сотрудники не работали над этим бункером.

Заместитель командующего штабом ополчения ДНР Эдуард Басурин уже заявил, что «новость» о подготовке ополченцами «грязной бомбой» является ложью, и попыткой дискредитировать Донецкую народную республику.

«Это очередная ложь со стороны Украины. Таким образом, они просто пытаются показать, что здесь живут террористы. Такой бункер в Донецке действительно есть, но что там находится, никто точно не знает. Никто его, естественно, не вскрывал», — заявил Басурин.

Стоит отметить, что «сенсация» западных журналистов обладает весьма слабой доказательной базой. В основе досье СБУ — якобы взломанные электронные ящики должностных лиц ДНР и «перехваченные радиопереговоры». СБУ утверждает, что с 2 по 18 июля некие «специалисты из Российской Федерации» тайно прибыли на Донецкий казенный завод химических изделий и якобы забрали оттуда контейнер с радиоактивными отходами.

Основное «доказательство» — заявление советника главы СБУ Юрия Тандита, согласно которому «ДНР планирует использовать радиоактивный материал, чтобы создать грязную бомбу, которой она могла бы шантажировать международное сообщество и правительство Украины». В общем, сведения, опубликованные в респектабельных западных изданиях, больше напоминают материалы «информационного агентства ОБС» (одна баба сказала).

При этом материал изобилует необъяснимыми утверждениями и несостыковками. Так в ОБСЕ якобы заявили, что организации известно о существовании такого досье у Киева. Newsweek и Times пишут, что, согласно их дипломатическим источникам, этот вопрос был поднят на переговорах контактной группы в Минске, прошедших в июле. Почему же мы узнаем об этом только сейчас? Почему тогда в ОБСЕ молчали об этом? Ведь такая сенсация должна была бы немедленно стать достоянием общественности…

Или вот, в конце материала Newsweek утверждает, что Кремль начал уменьшать поддержку ополченцев для того, чтобы попытаться нормализовать отношения с Западом после разрешения иранской ядерной проблемы при активном участии России, что, по мнению издания, и толкает «повстанцев» на радикальные меры, такие, как создание «грязной бомбы». А как же тогда российские специалисты, которые им, якобы, помогают?

Кстати, стоит напомнить, что ранее секретарь украинского Совета нацбезопасности и обороны Александр Турчинов, отвечая на вопрос журналистов, могла бы Украина создать «грязную бомбу», заявил, что Киев будет использовать все имеющиеся ресурсы, в том числе для создания эффективного оружия, а «какое оно там — грязное или чистое — это уже отдельный технологический вопрос». Отметим, что западная пресса никак не отреагировала на слова украинского чиновника.

Наверное, многие сразу же провели аналогию с обвинениями в адрес режима Саддама Хусейна в создании ОМП незадолго перед вторжением в Ирак или обвинениями в адрес Башара Асада в угрозах применения химического оружия в Сирии, что также могло бы стать предлогом агрессии Запада против этой страны. Тем не менее, очевидно, что «сенсация» не возымела подобного эффекта.

— Поначалу было ощущение, что это неуклюжая и тут же протухшая «сенсация» журналиста, которая даже не получила никакого обсуждения в мировых СМИ — уж больно тупая, примитивная и брутальная ложь,  —  говорит секретарь ЦК ОКП и экс-представитель МИД ДНР в Москве Дарья Митина, — тем более, что ссылка «на осведомленный источник в СБУ» — это практически как «одна бабка сказала».

Тем не менее, Запад никогда не упустит возможности воспользоваться любым, даже самым экзотическим поводом, для реализации своих намерений, если сочтет необходимым. После сегодняшнего заявления генерала ВВС США, командующего Европейского командования вооружённых сил США Филиппа Бридлава о том, что если мир на Донбассе не наступит, НАТО оставляет за собой право на авиационный удар по Донбассу, становится понятно, что любая журналистская «утка» может в итоге послужить таким поводом. «Иракский прецедент» вынуждает расстаться с любыми иллюзиями.

«СП»: — А нет ли опасения, что для дискредитации России и ополченцев Запад применит «грязную бомбу» в реальности?

— В случае обострения военного и политического напряжения Запад всегда может реализовать такой сценарий, особенно если это будет синхронизировано с «сенсационными» результатами «расследования» по Боингу с заранее известным результатом, когда виновные были назначены в день катастрофы.

«СП»: — Что нам делать, чтобы не проиграть информационную войну?

— Информационную войну на внешнеполитической арене Россия уже проиграла по совершенно объективным причинам — в условиях мировой гегемонии США, в том числе и в медийном поле, выиграть и не могла.

--------------------------------------
Что ответили украинские политологи Алексей Блюминов и Владимир Корнилов, а также идеолог партии "Родина"   Фёдор Бирюков, вы узнаете, перейдя по ссылке http://svpressa.ru/politic/article/128718/?rss=1

И кстати:   Юрий Тандит    -   это тот самый подонок, который на пару с мадам Васильевой приторговывает пленными солдатами, по сходной цене.

я в мечтах

У нас пока нет своего государства, но есть своё кино - 1

-------------------------------------------------------------------------------------------------

Обретёт ли Курдистан   -    населенная курдами  историческая область,  разделенная между несколькими ближневосточными странами     -   свою вожделенную государственность, вопрос, увы, не ближайшего будущего.   А вот о феномене курдского кино  говорить уже вполне можно    -     курдские кинематографисты, волею судеб разбросанные по разным странам,  вполне осознают единство своей творческой традиции, и причины тому отнюдь не только политические.  "У нас пока нет своего государства, но есть свое кино",  -  с гордостью говорят курдские кинорежиссеры сирийского, иракского, турецкого, иранского, армянского происхождения.  Нынешний, 37-й Московский Международный Кинофестиваль впервые в своей истории наряду с программой турецкого кино представил отдельно программу курдского кинематографа, а  в прошлом году впервые вычленил курдскую номинацию  Казанский Международный Кинофестиваль Мусульманского Кино, представив целую россыпь художественных и документальных короткометражек режиссеров в основном иракского Курдистана.

Мало кто сегодня помнит о том, что зародился курдский национальный кинематограф (то есть кино, снятое курдами и о курдах) не где-нибудь, а именно в Советском Союзе   -   в 1930-е годы фильмы о курдах-езидах стали снимать в Советской Армении, а основоположником курдского кино можно считать Амо Бекназарова.    До сих пор курдское кино развивалось в рамках киноиндустрии тех стран, где проживают курдские общины    -   увы, на большой части территории исторического Курдистана курды являются неполноправным, дискриминируемым меньшинством, и не приходится удивляться тому, что киноклассик, обладатель каннской Золотой Пальмовой Ветви Йылмаз Гюней был известен в мире как турецкий кинорежиссёр, а, например, Бахман Габади    -   как иранский... Не знаю,  предчувствовали ли, прогнозировали ли в этом году отборщики ММКФ грядущее кардинальное изменение политического статуса курдов в Турции    -    в результате только что прошедших общенациональных выборов турецкие курды впервые получили парламентское, политическое представительство   -   или просто так совпало, но курдское кино теперь приехало и на ММКФ.

К сожалению,  неопределенность государственно-правового статуса и сегодня мешает организаторам фестивалей составлять полноценные курдские кинопрограммы, в результате чего на 37-м ММКФ номинация «Феномен курдского кино» состояла всего из четырех лент, из которых курдскими в полном смысле слова можно назвать лишь две, а вот, например,  автор обаятельно-лиричного фильма  о семье турецких курдов «Песня моей матери» Эрол Минташ был вынужден представлять свою картину в рамках турецкой программы    -    съемки «Песни…» были профинансированы Министерством культуры Турции.  Кстати, это само по себе красноречивое свидетельство заметных изменений статуса курдов в турецком обществе   -  раньше такая ситуация была немыслима,  курдские кинотеатры закрывались, кинематографисты, снимающие на национальную тематику, преследовались.  Сегодня финансирование из турецкого   государственного бюджета  курдского фильма говорит о том, что ситуация для этнических меньшинств Турции пусть медленно, но меняется.    Фильм начинается кадрами  урока в курдской школе начала 90-х, когда врывающаяся полиция под детский плач избивает и увозит учителя    -  отца главного героя Али, а в середине картины уже сегодняшняя полиция вламывается на урок, который ведет сам Али.  За двадцать лет стилистика поведения властей изменилась,    -   учителя уже не бьют, оружие не применяют, не арестовывают,  -    но сам обыск и то, с каким презрением турецкие полицейские смотрят на плачущих детей,  говорят о том, что пройдет ещё очень немало времени, пока турецкие курды почувствуют себя полноценными членами общества.

Collapse )
я в мечтах

Как дети малые, ей-Богу:((

-------------------------------------------------------------------------------------------

Пообщалась сегодня со свежими политэмигрантами с Западной Украины.   Граждане, как говорится, действительно в последний поезд еле успели вскочить.   Такое ощущение, что до ихней западенщины никакая информация вообще не доходит, хотя многих из них я видела в течение этого года в Москве, а некоторых и на федеральных российских каналах.    Хоть и больше года прошло с начала форс-мажорной ситуации, но камрады по сей день наивны и незамутнены.

Один товарищ из Львова, например, был крайне изумлен, когда я ему сообщила, что ему здесь не предоставят политическое убежище.  "То есть как так не предоставят??"  - вопрошает.   "Вот так вот, не предоставят,   -  отвечаю.   -  Вспомните, когда и кому Россия в последний раз давала политубежище.   Не можете вспомнить?  Вот то-то же".

"Ну, значит, статус беженца дадут",    -  говорит.   "Не дадут",   -   мотаю головой.  "Как так, а в законе написано...."     -     "На заборе тоже много чего написано, а в реале там дрова лежат,   -    говорю.    -   Максимум РВП, будете ходить продлевать, а в далекой перспективе    -  российский паспорт.  Лет через пять, если повезёт".

Львовянин хлопает огромными голубыми глазами.   Взрослый дядька, а в сказки верит.  Своих товарищей по несчастью бы спросил....
я в мечтах

Логистика

-------------------------------------------------------------------------------------------------------

Дорогие френды из Сибири! С пятницы по воскресенье буду в Новосибирске и Бийске Алтайского края.

Кто соскучился или хочет набить морду    -    вэлкам

я в мечтах

Спасёт или не спасёт?...

--------------------------------------------------------------------------------------

Отчасти проплаченные, отчасти не весьма далекого ума комментаторы наперебой голосят, что "Комитет Спасения Украины" Украину не спасёт.

В общем, ни одна коммунистическая партия мира к коммунизму тоже пока не привела. Надо позвонить Зюганову, пусть распускает шарашку. Да и мы разойдемся по домам.

я в мечтах

Возможно ли победить в войне на измор?

--------------------------------------------------------------------------------------

Поскольку обсуждать с Владимиром Громовым, которого украинские СМИ называют первым руководителем военной контрразведки Луганской Народной Республики, специфику его работы по большей части невозможно, то Саид Гафуров в эфире Pravda. ru поинтересовался его мнением о Комитете Спасения Украины Николая Азарова и Владимира Олейника, об отношении украинцев к нему, о военно-политической ситуации и государственном строительстве в народных республиках Донбасса и о будущем Украины.


я в мечтах

"У нас пока нет своего государства, но есть свое кино"

-------------------------------------------------------------------------------------------------

Очередной номер вестника Союза Кинематографистов  "СК-новости"  вышел с моей статьёй о курдском кинематографе на 37-м Московском Международном Кинофестивале

http://unikino.ru/wp-content/uploads/2015/08/7-8_2015.pdf   -   стр. 18

Дарья Митина

"У нас пока нет своего государства, но есть свое кино"


Обретёт ли Курдистан   -    населенная курдами  историческая область,  разделенная между несколькими ближневосточными странами     -   свою вожделенную государственность, вопрос, увы, не ближайшего будущего.   А вот о феномене курдского кино  говорить уже вполне можно    -     курдские кинематографисты, волею судеб разбросанные по разным странам,  вполне осознают единство своей творческой традиции, и причины тому отнюдь не только политические.  "У нас пока нет своего государства, но есть свое кино",  -  с гордостью говорят курдские кинорежиссеры сирийского, иракского, турецкого, иранского, армянского происхождения.  Нынешний, 37-й Московский Международный Кинофестиваль впервые в своей истории наряду с программой турецкого кино представил отдельно программу курдского кинематографа, а  в прошлом году впервые вычленил курдскую номинацию  Казанский Международный Кинофестиваль Мусульманского Кино, представив целую россыпь художественных и документальных короткометражек режиссеров в основном иракского Курдистана.

Мало кто сегодня помнит о том, что зародился курдский национальный кинематограф (то есть кино, снятое курдами и о курдах) не где-нибудь, а именно в Советском Союзе   -   в 1930-е годы фильмы о курдах-езидах стали снимать в Советской Армении, а основоположником курдского кино можно считать Амо Бекназарова.    До сих пор курдское кино развивалось в рамках киноиндустрии тех стран, где проживают курдские общины    -   увы, на большой части территории исторического Курдистана курды являются неполноправным, дискриминируемым меньшинством, и не приходится удивляться тому, что киноклассик, обладатель каннской Золотой Пальмовой Ветви Йылмаз Гюней был известен в мире как турецкий кинорежиссёр, а, например, Бахман Габади    -   как иранский... Не знаю,  предчувствовали ли, прогнозировали ли в этом году отборщики ММКФ грядущее кардинальное изменение политического статуса курдов в Турции    -    в результате только что прошедших общенациональных выборов турецкие курды впервые получили парламентское, политическое представительство   -   или просто так совпало, но курдское кино теперь приехало и на ММКФ.

К сожалению,  неопределенность государственно-правового статуса и сегодня мешает организаторам фестивалей составлять полноценные курдские кинопрограммы, в результате чего на 37-м ММКФ номинация «Феномен курдского кино» состояла всего из четырех лент, из которых курдскими в полном смысле слова можно назвать лишь две, а вот, например,  автор обаятельно-лиричного фильма  о семье турецких курдов «Песня моей матери» Эрол Минташ был вынужден представлять свою картину в рамках турецкой программы    -    съемки «Песни…» были профинансированы Министерством культуры Турции.  Кстати, это само по себе красноречивое свидетельство заметных изменений статуса курдов в турецком обществе   -  раньше такая ситуация была немыслима,  курдские кинотеатры закрывались, кинематографисты, снимающие на национальную тематику, преследовались.  Сегодня финансирование из турецкого   государственного бюджета  курдского фильма говорит о том, что ситуация для этнических меньшинств Турции пусть медленно, но меняется.    Фильм начинается кадрами  урока в курдской школе начала 90-х, когда врывающаяся полиция под детский плач избивает и увозит учителя    -  отца главного героя Али, а в середине картины уже сегодняшняя полиция вламывается на урок, который ведет сам Али.  За двадцать лет стилистика поведения властей изменилась,    -   учителя уже не бьют, оружие не применяют, не арестовывают,  -    но сам обыск и то, с каким презрением турецкие полицейские смотрят на плачущих детей,  говорят о том, что пройдет ещё очень немало времени, пока турецкие курды почувствуют себя полноценными членами общества.



Большая часть фильма идет на курдском языке,  по-турецки герои фильма   разговаривают только при общении с государством  -  полицией, официальными учреждениями, в больнице, школе...  Нигяр-ханым, пожилая матушка школьного учителя Али, по-турецки не разговаривает, ей переводят.  Мать и сын много лет живут в Стамбуле не первый десяток лет, но Нигяр-ханым стамбульскую квартиру рассматривает исключительно в качестве постылого, так и не ставшего домом пункта временного размещения, а чувство дискомфорта от "жизни в коробке" преодолеть  не может, да и не собирается.   Каждое утро она пакует чемоданы и, отчаявшись уламывать своего великовозрастного сына отвезти её в родной посёлок в турецком Курдистане,  пытается уехать в никуда   -   вся многочисленная родня доказывает ей, что никакого поселка на прежнем месте уже не существует, что все разъехались по городам, тем не менее три четверти фильма   -   монотонно-однообразный квест "путь старушки Нигяр домой, то есть в никуда".


Collapse )