Дарья Митина (kolobok1973) wrote,
Дарья Митина
kolobok1973

Category:

КМФМК, день второй: когда кино - это харам

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Ежегодно на фестиваль в Казань приезжает весь цвет иранского кинематографа  -  пожалуй, Иран сегодня одна из наиболее урожайных кинематографических стран.  Наряду с маститыми режиссерами приезжают и новички   -   в этом году большая часть персидских гостей 1990-го года рождения :),  и поэтому основная часть увиденных мной сегодня документальных лент   -    ученические, дебютные работы, хотя среди них и попадаются крепкие заявки на будущий успех.

"Жизнь как она есть" Сейеда Саджада Мусави, гордо аттрибутированная как иранско-малайзийская копродукция   -  в чистом виде социальная документалка, снятая на коленке любительской камерой:  иранские женщины приезжают в Малайзию работать в интернат для детей с синдромом Дауна и ДЦП.  Очень тёплые и добрые кадры, больше напоминающие хоум-видео.

"Маруся" (режиссер Навид Михак,  Иран  -  Армения)    -    восторженный оммаж  армянской актрисе Марусе Вахрамян, большую часть жизни  прожившей в иранском Тебризе.  Молодой режиссер едет в Армению и снимает Марусю и о Марусе  (ему крайне повезло, так как недавно Маруся Вахрамян умерла).  Главное достоинство фильма   -   саундтрек: музыка родного внука Маруси,  чрезвычайно одаренного композитора Вартана Вахрамяна, много пишущего для кино.

Фильм "Глаза" Мохаммада Резы Фартуси    -  импрессионистские зарисовки о революции в Йемене, приведшей к свержению президента Али Салеха:  монолог молоденькой девушки Надии Абдуллах,  невольно ставшей главным фотолетописцем йеменской революции, иллюстрируемый её потрясающими по силе воздействия фотоработами.  Лица Надии мы так и не увидим:  она постоянно в глухом черном никабе, из-под которого только сверкают два огромных глаза, давших название фильму.  Вышедшая на улицу в числе сотен тысяч своих соотечественников, Надия подробно документировала ход событий, выкладывая фото в интернет, откуда они уже разошлись по всему миру в передовицах газет.

Несмотря на обилие крови, слёз, горя на фотографиях Надии Абдуллах   -  фотографии подавления бунта пугающе реалистичны   -   отношение фотохудожницы к революционному процессу восторженное, ей очень живо удаётся передать дыхание стотысячной толпы, опьяняющую атмосферу народного единения.  Передается её восторженность и автору фильма, Мохаммаду Фартуси    -    картина пронизана вполне отчётливо читающейся завистью автора йеменцам, добившимся успеха, и плохо скрываемой досадой по поводу захлебнувшейся протестной кампании в самом Иране.  "Для нас Президенты Салех, Мубарак и другие диктаторы  -  в чистом виде марионетки Запада",  - говорит героиня.  Ответ режиссеру напрашивается сам собой:  в его Иране ситуация была зеркально обратная, вот только понимает он это или нет?...


И наконец, на данный момент лучшее, что я увидела в первый фестивальный день   -    обаятельнейшая документальная лента Мазина Махди Шерабаяни "Граница"  о киносъемках в иракском Курдистане.

В этом году Казанский кинофестиваль представил обширную курдскую программу   -   авторы гордо называют себя курдскими кинематографистами, независимо от того, на какой территории разделенного между четырьмя странами Курдистана они живут и работают.  Главные герои ленты   -   курдские режиссёр Шавкат  Аман Корки и продюсер Мемет Акташ   -   рассказывают о своем фильме, представляют свою съемочную группу,  показывают эпизоды трудной и кропотливой работы на съёмках . В жанре "фильм о фильме", собственно, нет ничего оригинального, если бы речь не шла о курдском кинематографе:  в курдском обществе синема   -   харам, отношение к нему варьируется от подозрительного до открыто враждебного, и набрать съемочную группу и актеров для курдского кино не так-то просто.  Главная героиня фильма Корки и Акташа, красавица  Шима Малаи живет в Иране, и теперь опасается ехать домой, поскольку у своих иракских друзей снималась с непокрытой головой.  Не признающие искусственно разделяющих их границ курды смертельно рискуют, в 21 веке возя из Ирака в Иран и обратно киношный реквизит на ослике, в сопровождении проводника-контрабандиста с пушистыми усами    -  за любовь к кино можно заплатить жизнью.

"У нас пока нет своего государства, но есть свое кино",  -  говорит режиссер Шавкат.  Курдские кинематорафисты, волею судеб разбросанные по разные стороны от государственных границ, сотрудничают  между собой   -   так, в кадре появляется иранский  режиссер курдского происхождения Салем Салавати, который в эти дни тоже с нами в Казани.  Ассистентом у Шавката и Мемета работает Джаляль Панахи    -   вы сомневаетесь в том, что он родственник опальному на Родине Джафару Панахи?? Лично я не сомневаюсь:).

Творческий коллектив Шавката и Мемета снимает  одновременно кино-реквием и кино-приговор   -  документальное свидетельство  истории Анфаль   -   геноцида иракских курдов при Саддаме.  Группа приехала в  заброшенную крепость Незарк   - одну из многочисленных тюрем, в которых пытали и убивали сотни тысяч курдов.   Авторы фильма называют тюрьмы Саддама,  откуда редко кому удавалось вырваться,  "фашистскими лагерями".  Во дворе мрачного бетонного здания     -  многочисленные виселицы, напоминающие об Анфаль.

Несмотря на столь мрачную подоплеку, вся история курдских кинематографистов пронизана мягким и искрометным юмором, столь обаятельным и всесокрушающим, что на протяжении всего кинопоказа не можешь сдержать улыбки   -   на экране виселицы и пыточные станки, портреты бесследно сгинувших в саддамовских застенках, а ты любуешься дружным коллективом кинематографистов, влюбленных в свою профессию, в кинематограф и друг в друга, объединенных не только профессиональными секретами, но и умением дружить, преодолевать трудности, выручать друг друга в самых опасных ситуациях.  Складывается ощущение, будто в мрачных декорациях разыгрывается остроумная и ироничная комедия положений    -   курдский кинематограф дело рискованное и требующее незаурядного терпения (чего стоят одни неисправные генераторы, стопорящие съёмку) и большого личного мужества.  Пример для подражания для каждого курдского кинематографиста  -  курдский режиссер номер один Йылмаз Гюней...

Отсутствие полноценного государства не позволяет кинематографу Курдистана быть полноценно независимым    -  фильм Шавката и Мемета, например, только на 30% финансирует администрация курдской провинции Дахук,  остальные 70% приносит копродукция с Германией.  Немцы участвуют в съемках и обогащают тем самым немецкое кино. Их участие   -  отнюдь не единственный признак глобализации, в которую вписано курдское общество:  в фильме показан какой-то корпоратив по случаю дня рождения кого-то из съемочной группы    -  ребята водят хоровод и поют на курдском языке, однако на мотив "Happy birthday to you".  Кино  -  искусство глобальное, вселенское, тем не менее, курдские киношники в один голос заявляют, что не стремятся покорить мир   -  их продукция предназначена в первую очередь курдскому кинозрителю.

"Граница" настолько обаятельная картина, в которой органично сплелись история, портрет профессии, острохарактерные монологи, способность с юмором рассказывать о самых тяжёлых вещах,  живые человеческие характеры,  что в первый же день,  не имея пока представления об остальной программе,  готова её номинировать на любой приз. 

 
Tags: КМФМК
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments