Дарья Митина (kolobok1973) wrote,
Дарья Митина
kolobok1973

Categories:

«Между огнём и водой»

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------




Очень странно, что без призов кинофестиваля  ДОКер  осталось блестящее поэтическое полотно колумбийки Вивианы Гомез Эчеверри и немца Антона Венцеля  «Между огнём и водой»   -   по моей оценке,  твёрдый кандидат на Гран-При.

Мы настолько привыкли к потоку тревожных, кровавых новостей из раздираемой гражданской войной  Колумбии, ставшей сегодня одной из самых горячих точек на планете и уступающей по уровню зашкаливающей жестокости, пожалуй, лишь Афганистану и Йемену, что  истории, подобные рассказанной в фильме,    -  как глоток свежего воздуха.  Мы наблюдаем не просто человеческую и семейную историю, а целый микрокосм, умиротворяющий и вселяющий надежду.

Камило   -   афроколумбиец, приёмный сын в индейской семье племени кийясинга. В кругу своих соплеменников он не смотрится белой вороной не только потому, что по цвету кожи они слабоотличимы  (индейцы юго-западной колумбийской провинции Нариньо довольно смуглокожие), а ещё и потому, что ему трижды фантастически повезло в этой жизни.  Правда, он пока об этом не догадывается и дико комплексует   -  потому, что он не такой, как все, потому, что он не знает, кто его биологические родители, ну и потому, наконец, что всем тинейджерам свойственно комплексовать.

Неторопливо, нараспев перед нами разворачивают масштабное полотно о жизни индейского племени в резервации    -   о том, как там устроена социальная и бытовая жизнь, о человеческих взаимоотношениях, о невероятной красоты местной природе, об уникальной индейской культуре и ритуалах, которые мы бы никогда не увидели, не проживи так долго  создатели картины на берегу вулканического озера Лагуна де ла Коча бок о бок с персонажами фильма   -  индейские общины очень закрытые, абы кого и просто поглазеть не пускают.  Большая многодетная  семья Хохоа, в которой воспитывается Камило    -  редкий в наши времена пример идеальной внутрисемейной гармонии, любви и трепетного отношения друг к другу, и это   -  первая причина, почему подросток вытащил счастливый билет.  Его приёмный отец   -  второй центральный персонаж картины   -  не простой член общины, а таита   -  один из старейшин.  Для того, чтобы стать таита, нужно служить, прежде всего, моральным примером для всех остальных. Норберто Хавьер Хохоа, удивительно светлый и обаятельный человек, таким примером является.  Весь фильм построен как диалог отца и сына, очный и заочный, между ними крепкая, неразрывная связь, и социализация юного Камило в надёжных руках.

Это никоим образом не «этнографическое кино», хотя вы увидите и обряд вызова предков, и ритуал коллективного потребления аяхуаски  -  сильнейшего галлюциногена, и ещё массу «вкусненького», до которого так охоч пресыщенный европеец. Нам продемонстрирована модель альтернативного социального устройства, попытка  традиционной общины самосохраниться  и защитить себя в бушующем море капиталистических отношений.  Индейская резервация   -   не очаг благоденствия, она уязвима перед лицом внешних угроз, когда на твою землю посягают крупные собственники («когда мы пришли сюда, здесь не существовало права на землю, земля была общей»), а утром, включив радио, ты услышишь, что «68 глав индейских общин убиты вооружёнными группировками,  6 тысяч человек остались без крова».  Следуя за героем и историей его взросления, создатели картины познакомят нас с механизмами принятия решений в общине  -  советом старейшин, с местной юстицией  (она в резервации двойная, а для юнцов  -  как бы тройная:  показателен эпизод, когда старейшины решают, что делать с впервые напившимся и набезобразившим подростком  -    судить его местным, индейским судом, отдать его в руки национального правосудия или просто передать родителям, чтобы научили уму-разуму).  К сожалению, формат поэтического киноэссе не позволяет углубиться в вопросы соотношения индейской и общенациональной властных систем, а у зрителя возникает справедливое впечатление, что он крайне мало знает о том, как построен незнакомый ему социум.

Авторы картины сопровождают семейство Хохоа в районный Центр защиты семьи, где, наконец, не только нашли документы Камило, но и отыскали женщину, которая отдала его, новорождённого малютку, в приют   -   матерью его была проститутка, умершая в наркопритоне, а добрая женщина нашла его (повезло!),  а потом не просто отдала в детский дом, но и проследила, чтобы для него нашли приёмную семью  (второй раз повезло!).  Ну и третья улыбка фортуны, как мы уже знаем,   -  парень попал в добрые, заботливые руки.  Уникальный, редкий по нынешней жизни хэппи-энд.

И раз уж зашла речь об этнографии    -   замечательны финальные сцены, когда Камило едет посмотреть «на свою Родину»  и «впервые увидеть море» в прибрежный город Тумако. Там как раз всё население негритянского происхождения, как Камило,  индейцев нет совсем, и складывается впечатление, что герой с отцом отправились в дальнее путешествие, хотя между их общиной и побережьем километров 50.  Всё-таки очень большая и очень разнообразная эта ваша Колумбия.

Фильм у Эчеверри и Вензеля получился, с одной стороны, светлый, катарсический, и в то же время проблемный, не слащавый,  а присущее авторам объёмное и очень цепкое зрение достойно самых высоких оценок и наград.
Tags: ММКФ
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments