Тут пока так
----------------------------------------
Три дня мы бороздим гродненскую землю - колыбель Великого Княжества Литовского, самую белорусоязычную область страны. Специально решили подсчитывать, сколько раз мы тут услышим живой великобелорусский язык. Услышали ровно 1 (прописью: один, бел. - адзiн) раз, от смотрительницы музея в Новом замке (королевский замок, приспособленный сначала для нужд польского сейма, а потом - под здание обкома Коммунистической Партии Белоруссии). Да и то использование белорусского языка больше походило на имиджевую фишку для погружения в музейную атмосферу (калi ласка, мол, сябры!).
Польского языка, кстати, тоже не услышали, хотя каждый пятый тут поляк, и на поляков тоже довелось посмотреть. Все говорят по-русски.
Это был не этнографический экзерсис, а недоумение по поводу модного тезиса наших "радетелей за сохранение русского языка и ценностей", по мнению которых Батька ночами не спит и днем глаз не смыкает, а круглые сутки занимается белорусизацией.
Три дня мы бороздим гродненскую землю - колыбель Великого Княжества Литовского, самую белорусоязычную область страны. Специально решили подсчитывать, сколько раз мы тут услышим живой великобелорусский язык. Услышали ровно 1 (прописью: один, бел. - адзiн) раз, от смотрительницы музея в Новом замке (королевский замок, приспособленный сначала для нужд польского сейма, а потом - под здание обкома Коммунистической Партии Белоруссии). Да и то использование белорусского языка больше походило на имиджевую фишку для погружения в музейную атмосферу (калi ласка, мол, сябры!).
Польского языка, кстати, тоже не услышали, хотя каждый пятый тут поляк, и на поляков тоже довелось посмотреть. Все говорят по-русски.
Это был не этнографический экзерсис, а недоумение по поводу модного тезиса наших "радетелей за сохранение русского языка и ценностей", по мнению которых Батька ночами не спит и днем глаз не смыкает, а круглые сутки занимается белорусизацией.