Заметки на полях фестиваля - 9
----------------------------------------
Как и Андрей Ананин, финка Анна Бергер - ВГИКовская выпускница мастерской Сергея Мирошниченко. Её разговорная житейская зарисовка «Кого люблю….» скроена во время пандемии «из подручных средств» - родственник Анны, седой благообразный философ Мартти, потихоньку восстанавливает летнюю усадьбу эмигрантов 1918 года из Санкт-Петербурга, память о своем дедушке. Помогают ему в этом два гастарбайтера - ровесник Мартти, такой же белоголовый полковник Советской Армии из Литвы Сергей Фёдорович и Миша, молодой парень из украинского Конотопа. Анна Бергер проводит с ними несколько недель и буквально «завёрстывает» в фильм всё, что под руку подвернётся - трудовые будни с топорами и стамесками, философские беседы за чаем, ностальгические воспоминания об СССР, осколками которого являются все четверо, совместные помывки в финской сауне, непременные в таких случаях диспуты, что полезнее, финская сауна или русская баня, совместные читки любимой Сергеем Фёдоровичем «Мастера и Маргариты», а также выглядящие крайне злободневно (а с учётом того, что монтаж фильма был закончен до начала войны в Европе - местами просто пророчески) дискуссии о пацифизме и патриотизме. «Где будут пацифисты во время серьёзных испытаний?» - вопрошает Сергей Фёдорович. Прагматичный Миша, намеревающийся заработать на квартиру, пропускает эти вопросы мимо ушей, даже не подозревая, что эта полемика касается его в гораздо большей степени, чем всех остальных.
С одной стороны, по стилю и духу работа Анны Бергер очень напоминает американские «Хроники ртути» Саши Кулак и Бена Геза (2019), тёплые и ламповые - такие же разговоры обо всём на свете представителей «потерянных поколений» в Богом забытой глубинке. При этом более антиамериканского нарратива попробуй найди: «Американцы все тупые, Литву не могут на карте найти, нация - сброд», - презрительно сплёвывает Сергей Фёдорович. Полковник не так прост - выпускник историко-философского факультета в советской Литве, новой Литве служить отказался: преподавание в литовских вузах автоматически означает отказ от советского гражданства, смену присяги, «дед и отец меня бы убили». Финский пожилой коммунист Мартти (на фото) не уступает: «США потратили 5 миллиардов долларов на украинский Майдан, но финские газеты не пишут об этом, только мы, коммунисты, говорим вслух! СССР ещё возродится. Нужно постучать прикладом винтовки к капитализму! А сейчас везде бардак, кроме Беларуси! Лукашенко молодец». Обсуждение теоретического наследия философа Константина Долгова чередуется с перетиранием актуальных новостей: «Если бы ФСБ хотела отравить Навального, то без проблем отравила бы!»
«Кого люблю…» - атмосферная, настроенческая работа, оставляющая чрезвычайно тёплое послевкусие. Не кажется избыточным ни изобилие обнажённой натуры в кадре (раскомплексованная режиссёр купается в чём мать родила в пруду, парится с мужиками в сауне), ни диалоги нон-стоп по всем хронометражу. Единственное, что вызывает внутренний протест - запикивание мата, лишающее диалоги первозданной прелести, но это единственная возможная зрительская претензия.
Как и Андрей Ананин, финка Анна Бергер - ВГИКовская выпускница мастерской Сергея Мирошниченко. Её разговорная житейская зарисовка «Кого люблю….» скроена во время пандемии «из подручных средств» - родственник Анны, седой благообразный философ Мартти, потихоньку восстанавливает летнюю усадьбу эмигрантов 1918 года из Санкт-Петербурга, память о своем дедушке. Помогают ему в этом два гастарбайтера - ровесник Мартти, такой же белоголовый полковник Советской Армии из Литвы Сергей Фёдорович и Миша, молодой парень из украинского Конотопа. Анна Бергер проводит с ними несколько недель и буквально «завёрстывает» в фильм всё, что под руку подвернётся - трудовые будни с топорами и стамесками, философские беседы за чаем, ностальгические воспоминания об СССР, осколками которого являются все четверо, совместные помывки в финской сауне, непременные в таких случаях диспуты, что полезнее, финская сауна или русская баня, совместные читки любимой Сергеем Фёдоровичем «Мастера и Маргариты», а также выглядящие крайне злободневно (а с учётом того, что монтаж фильма был закончен до начала войны в Европе - местами просто пророчески) дискуссии о пацифизме и патриотизме. «Где будут пацифисты во время серьёзных испытаний?» - вопрошает Сергей Фёдорович. Прагматичный Миша, намеревающийся заработать на квартиру, пропускает эти вопросы мимо ушей, даже не подозревая, что эта полемика касается его в гораздо большей степени, чем всех остальных.
С одной стороны, по стилю и духу работа Анны Бергер очень напоминает американские «Хроники ртути» Саши Кулак и Бена Геза (2019), тёплые и ламповые - такие же разговоры обо всём на свете представителей «потерянных поколений» в Богом забытой глубинке. При этом более антиамериканского нарратива попробуй найди: «Американцы все тупые, Литву не могут на карте найти, нация - сброд», - презрительно сплёвывает Сергей Фёдорович. Полковник не так прост - выпускник историко-философского факультета в советской Литве, новой Литве служить отказался: преподавание в литовских вузах автоматически означает отказ от советского гражданства, смену присяги, «дед и отец меня бы убили». Финский пожилой коммунист Мартти (на фото) не уступает: «США потратили 5 миллиардов долларов на украинский Майдан, но финские газеты не пишут об этом, только мы, коммунисты, говорим вслух! СССР ещё возродится. Нужно постучать прикладом винтовки к капитализму! А сейчас везде бардак, кроме Беларуси! Лукашенко молодец». Обсуждение теоретического наследия философа Константина Долгова чередуется с перетиранием актуальных новостей: «Если бы ФСБ хотела отравить Навального, то без проблем отравила бы!»
«Кого люблю…» - атмосферная, настроенческая работа, оставляющая чрезвычайно тёплое послевкусие. Не кажется избыточным ни изобилие обнажённой натуры в кадре (раскомплексованная режиссёр купается в чём мать родила в пруду, парится с мужиками в сауне), ни диалоги нон-стоп по всем хронометражу. Единственное, что вызывает внутренний протест - запикивание мата, лишающее диалоги первозданной прелести, но это единственная возможная зрительская претензия.